Мать-Эхидна (ejidna) wrote,
Мать-Эхидна
ejidna

Categories:

Че было-то с Сашкой

Почему-то все мои девизы и лозунги, относящиеся к воспитанию детей и пригляду за ними, подозрительно сводятся к анекдотам про разных животных. Дарвин форэва.
Про ворону вы в курсе. Ту, которая всюду долетела, потому что «птица сильная, птица гордая… только на голову %%нутая». Так мы педсовет проходили, см. верхний пост.
Ворона номер два заказывает в баре тарелку манки и рюмку водки, выпивает, не трогая кашу, повторяет, еще повторяет… а на недоуменный вопрос официанта орет «а я как выпью, такаааая дурнааая!» - и шмяк ему эту кашу на голову (вариант – себе). Это о последовательности воспитания и выдержке в его процессе.
Еще есть черепаха. Которая «ну не шмогла». Хотя попервости из клетки «каааак ломанулась!» Это обо всем сразу.
Положительных персонажей два. Один – та обезьянка, которая в итоге посылает матом медведя, уже записавшего ее в список на съедение, – и слышит «а, обезьянка, раз так, то я тебя вычеркиваю!»
И, конечно, лось. Замечательный лось. Который, пока его за жопу не укусят, даже не подумает волку по лбу копытом дать и из ямы выскочить.
Вот он недавно просолировал по полной.
Отголоски соло – в предыдущем кратком и на самом-то деле напуганном посте про Санин сломанный нос.
Рассказываю, что и как было. В чем-то чтоб другим неповадно было и на моих ошибках хоть кто-то научился.

7 декабря был Катеринин день, и вечер этого дня обещал быть томным. Я сидела вечером дома, вела в аське неспешный разговор с глубоко симпатичным мне собеседником, доделывала левый текст и готовилась отметить не положенный агностику день Ангела с подругой, соседкой по дому Надей.
Песец в наших краях животное не из Красной книги. Отнюдь.
Позвонил мне с дороги Саня и бодро так сказал: "Ты, мама, не волнуйся, я тебя предупредить звоню. Мне тут в колледже, похоже, нос сломали, я весь в кровище... ты только сразу не паникуй, как меня увидишь, хорошо?"



Неееет, уважаемые, я в таких случаях не паникую. Я группируюсь. Я, черт возьми, знаю, что такое тяжелые травмы у собственных детей. И нужна ли в данном случае бабская истерика их мамаши. Я начинаю действовать как робот-манипулятор.
Саня приехал с опухшим носом, в котором сбоку явственно ощущалась горбинка. Нос, правда, дышал и впечатления "всмятку" не производил. Сотрясения мозга тоже не наблюдалось. Балахон действительно был весь в кровище, но тут уж понятное дело.

Сашкин нос мы осмотрели и даже слегка пощупали втроем с уже упомянутой Надей и няней Ирой. Приложили к отеку холод. При допросе потерпевшего выяснилось, что удар по носу был нанесен тяжелым и очень тупым предметом - головой его одногруппника Динара Бадыкова. Юноша этот, не столь уж давно переселившийся с мамой в Нерезиновую из Нижнекамска, уже давно до Сани докапывался, в основном матерно. Саня отбрехивался и обидчика срезАл... ну и досрезался. Отсутствие словарного запаса Динар компенсировал черепно-мозговым штурмом. Просто размахнулся башкой и дал Сане по носу, благо Саня на голову ниже и похлипче. Сотрясения имеющегося в башке мозга не последовало ввиду его отсутствия.
Можете не спрашивать, что сказал наш Марко Матерацци ихнему Зинедину Зидану. Ничего особенного. Этот нижнекамский Зидан сам заявил Сане "Эй ты, пидарас!" Саня ответил привычным: "По себе людей не судят". Вендетта-бля (тм), последовала тут же. А че, в Нижнекамске эти пидорост… подростки настолько суровы, что Челябинск и вся нашараша отдыхает. У них так принято.

Ну чего? Дело было вечером. Я сразу позвонила Саниному куратору Ольге Сергеевне. Та сильно взволновалась, потому что женщина хорошая и ответственная, хоть и молодая. Утром Саню должен был осмотреть врач колледжа.
А в травмпункт мы решили на ночь глядя не ехать. Очереди там дикие, врачи хамят редкостно, время позднее, явной угрозы жизни и здоровью подростка нет... Кроме того, помощь там особо не оказывают, разве что делают снимок, «фиксируют побои» и дают телефонограмму участковому. А в милицию немедленно подавать заявление мы желанием не горели.

Именно поэтому я не стала тогда ничего писать насчет Сани в ЖЖ. Потому что знала: сейчас обязательно найдется умник или умница, которая встревоженным комментом скажет, что «в этой стране всегда так», разведет флуд на тему «надо обращаться в милицию и наказывать негодяев!», расскажет мне, что «твоего ребенка могли вообще убить!» и т.п. И я все равно грохну запись на фиг, потому что сил и желания объясняться и вести досужие разговоры у меня не будет точно. И объяснять посторонним людям свои мысли и поступки, когда для них это все равно лишь буковки на экране и повод поумничать и объяснить, кто тут святее Папы Римского … ну, понятно.
Что ни напиши на «родительские» темы, всегда так получается.

А мысли мои были незамысловатыми и сводились к тезису «Катя, охолони и выключи сирену».
Потому что - вот кидайте, если хотите, в мой огород камни - драки между молодыми самцами случаются всегда. И если каждый раз включать сирену по полной, то справедливость навести можно, упечь обидчика в колонию тоже. И довести все до абсурда, включая материнский инстинкт. Только твоего ребенка потом замордуют вусмерть: у подростков свой кодекс чести. Да, у них принято не жаловаться "предкам" или учителям, а говорить, мол, "упал и ударился". И когда мама прилетает, как Бэтмен, хлопает крыльями и всех мочит - сына потом и зовут "маменькиным сынком". А тому, второму, урок будет очень относительный. Единственное, чем это быдло можно пронять, - таким же ударом по чему попало, причем сразу и в бешенстве. Это жизнь. Это молодые мужские особи. На них есть управа, но даже в песочнице родители не должны с ходу бить чужих детей совочками по башке. Пусть они научатся делать это сами, ничего, разберутся.
Тем более что учится Сашка в строительном колледже, а не в Смольном институте. Знали, на что шли и какой там "контингент". На стройке он будет не лучше. А от уголовного дела нос быстрее не заживет. В общем, нечего из пушки по воробьям. Тем более что драки на ровном месте не начинаются, и мой собственный сын явно недоучел противника. Хоть и не дал ему сдачи - кровь вытирал и от офигения отходил. Ну и вообще, я думаю, несколько сдрейфил со сломанным носом-то (думаю, здесь в ЖЖ храбрецов в той же пропорции, что и в жизни и далеко не все идут с гранатой на танк, а?)

Нет, будь там более серьезная травма, я бы, конечно, рассуждала иначе. Но разбитый нос в своей биографии может припомнить любой сколько-нибудь нормальный самец.
И так далее.
Думаю, "сумасшедшие мамаши" ровно на этом месте высказали бы мне свое "фэ"... но их рядом не было. Был вменяемый человек мужского пола в аське и вменяемая подруга рядом. Еще кашляющий Колян на руках, которого на ночь глядя оставить было не с кем.
В общем, мы остались дома, а утром Саня пошел в колледж.

Врач его успела осмотреть и дала направление в соседнюю поликлинику. Я отвела Коляна в сад и тут же двинулась в колледж сама. Блииин, какие же это зажопинские ебеня - м. "Красногвардейская", если ехать туда своим ходом на метро... как Сашка каждое утро туда прорывается... холодно, паскудно и рынок строительный… блиииин…

Меня там уже ждали завуч, куратор и случившийся в кабинете физрук Резван Непомнюкакович, бывший борец, пожилой жилистый дядька невысокого роста и характерной осанки.

- Аааа, - сказали мне. - Вы мама потерпевшего!
- Да! - ответила я достаточно яростно, чтобы завуч вздрогнула.
- Саня, - спросил физрук с надеждой. - Но ты-то ему хоть сдачи дал?
- Нет, - ответил Саня. - Не успел и не хотел провоцировать драку дальше.
- Ясно, - заключил физрук. - Завтра приходи, будешь у меня качаться.

Завуч с опаской посмотрела на меня и сказала, что "случай вопиющий, маму Динара мы вызовем, как только до нее дозвонимся", а мальчика приведут прям счас. И принесла мне извинения.

- Значит, так,- сказала я, пока оба фигуранта еще были в коридоре. - Хорошего ничего, но дело житейское. Два 15-летних идиота, один идиот сильнее и тупее. Пугануть надо как следует, и его, и его маму. Чтоб неповадно было. В милицию заявлять не буду, толку чуть. Мой впредь будет умнее тоже. А вообще этот Нижнекамск - дыра страшная, депрессивный город. Эти динары всякие вообще не понимают, что есть нормальное общение и нормальная жизнь. Выросли среди бандитов и сами бандюки. И тут озверевшие ходят, в большом-то городе да в нищете. Мне все понятно, но этого ушлепка надо поставить на место.
- Уф, - сказала завуч. - Хорошо, что вы в адеквате.

Вызвали обидчика.
Вошло пружинистое гладкое чмо в маечке с блестящей надписью "Sex - Drugs - Rock-n-Roll". Наглое, как два КАМАЗа отходов, и такое же тупомордое, хоть и модели "кросавчег накачанный".
- У-ти какая лапочка! У-ти в кааакой маааечке! Да на ней же все про тебя написано! - сказала я. - Ну-ка, давай, теперь используй голову по назначению. Скажи-ка нам, с чего это ты вдруг стал такой силач и храбрец, а?
Говорить чмо не умело, и я передала алаверды завучу. Та доходчиво разъяснила, что его ждало бы, «не пойди Санина мама навстречу» и обратись в милицию. Чмо ничего не пугалось. Чмо сквозь губу сказало "ну ладно, Санек, извини". И в свое оправдание – «а пусть он за речью следит»… Чёёёёё?

Думаю, что говорила я минуты три или пять. Не больше. Но за это короткое время чму удалось понять, что с Саниной мамой лучше не связываться. Хотя она не орет и не стращает.
Чистокровно русская Санина мама, мать полуеврейского ребенка, интеллигентка, журналист, выпускница МГУ непонятным для себя самой образом вдруг в мгновение ока превратилась в натуральную татарскую женщину образца «а когда у меня руки в боки, мне плевать, на каком боку у тебя тюбетейка!» Которая в семье и не только в семье – однозначно «главная», даром что в платке ходит и смирение изображает. Но, если что, кастрюлю беляшей тебе на голову наденет и сверху скалкой даст до звона в черепе. А за пьянство, свинство и прочие грехи загнобит так, что мало тебе не покажется. Развернешься – и алга, раз слова «назад» не знаешь.
Татарская женщина в гневе и в процессе воспитания особей мужского пола (мужей, детей, подвыпивших соседей, высоких чиновников и их царственной челяди …) – это страшная сила. На своем пути она сметает все. Убедительные образцы в разное время демонстрировали мне такие яркие персонажи, как Гулинамама, МамаРамиля, Людкинасвекровь, ТетьФаина-Эльмарова мама, сотрудницы пресс-службы завода «Марихолодмаш» и тетки из администрации президента Шаймиева в Казани.
Вот и пригодился опыт «наблюдений за живой природой» во всей ее красе.

Чму я сказала ехидно и жестко все, что о нем думала. Причем с позиции "родной тетки" - мол, дурак ты еще, шварценеггер недоделанный. Хочешь голову подкачать - жуй эспандер. Тупой ты и еще тупее. И трус. И полный урод. И говорить с тобой, Динарчик, не о чем, лучше пусть "джигиты разговаривают" - то есть мы с твоей мамой. А вот с ней я поговорю точно. У меня к ней разговор серьезный… а ты пока иди, погуляй, маечку свою поноси по училищу, тоже мне, вырядился… Сразу видно, что не взрослый мужик, а не пойми кто. И радуйся, что на Саню нарвался, дальше будет хуже, гарантирую, к бабке не ходи…
Самое смешное, что у меня – сообразила я это только потом – даже интонации были какие-то тетьнадины и тетьфаинины. И, видимо, привычные и доходчивые для этого пидоростка подрощенного. Дернулся он ощутимо.
- Как маму зовут? – грозно спросила я.
- Лиииииля…
- А отчество?
- (бурбурбур). Сложное оно.
Я заглянула в его личное дело.
- Имаметдиновна – это не сложное! Поговорим!

На чем с ним и распрощались.
Завуч посмотрела на меня испуганно.

- Ну вот, - сказала я уже нормальным интеллигентным голосом. – Оба хороши, и мой тоже бестолочь. Но парень просто глупый, а маму его жалко. Тем более что одна его воспитывает, вот ведь уродился на ее голову…Да не надо мне от нее ничего, поговорить поговорю, а так – ничего страшного, хоть и хорошего немного.
- Ааааа… вы сама кем работаете? –поинтересовалась завуч.
Я сказала. Давно я не видела на человеческом лице такого удивления.
- Ой. Первый раз вижу перед собой живого журналиста и редактора, - поразилась завуч.
- Ну да. Пока живого… Дальше не гарантирую.

Поговорив про Саню, его оценки в журнале (вполне приличные) и дальнейшие планы на жизнь, с педагогами мы расстались вполне дружелюбно (и с чего бы иначе).

А дальше Саня проволынил три дня с походом к врачу: то очередь, то врача нет, то врач есть, но в поликлинике нет рентгена… Отек тем временем стал меньше, сбоку на носу вылезла жесткая фигня, и в пятницу вечером мы-таки добрались до травмпункта. Врачи, конечно, глянули на меня волком, когда я отказалась сообщать подробности драки «для милиции», но снимок на руки отдали. Перелом и смещение стали видны даже мне.

Лося укусили за задницу. Лось прыгнул. И написал в ЖЖ пост с вопросами. Получил глубокой ночью отклики. Утром в субботу, пока Саня ходил к дежурному лору, лось дозвонился в клинику, которую посоветовала takca (еще раз спасибо громадное!). Там сказали «приезжайте, наши врачи со свежими травмами не работают, но если могут – помогают». Сунули Коляна спящему старшему, который даже не понял, во что его втравили, а потом было поздно. Поехали на другой конец Москвы быстро-быстро, пока прием не кончился.
Подстраховались направлением от лора в 55-ю больницу на Загородном шоссе и его же напутствием «вряд ли кто за тебя сейчас возьмется».
Ехали, что доказывает мой обостренный материнский ум, с тетрадками и учебниками по английскому. Мне казалось, что а) могут не принять и б) «вправят нос – и поедет себе к англичанке».
Два часа сидели в ожидании приема: врач хороший, а следующая консультация у нее только в январе.
Полтора часа я ходила маятником по этому коридору, когда Саню немедленно взяли в операционную и он пропал там.
Забрала своего сына с загипсованным носом, красными от слез глазами, кровавыми турундами в носу и «пятачком» из марли снизу, чтоб не так текло. Поразилась человечности медсестры Тани.
Позвонила англичанке и отменила занятие. Позвонила Толе и выслушала все, что он имел сказать по поводу мелкого Коляна и своего зачета, к которому надо готовиться.
Своей маме не звонила, т.к. у нее была встреча курса по поводу 55-летия поступления в МГУ.
Мальчику сказала, чтоб папе и бабушке он позвонил сам.
Довезла Саню до дому. Он полуспал, отходя от анестезии, хоть и местной. Какой-то мужик решил меня сначала не пропустить (фиг там), а потом подрезать. Увидел на сиденье Саню… тихо-тихо ехал рядом и больше не рыпался.
Вечером и утром сделала Сане уколы, чтоб унять кровотечение, из данных мне с собой ампул.
Возилась с Коляном, что-то готовила, ходила по дому.
Не дождавшись извинений и вообще хоть какой-то реакции от Динаровой мамы (ей не могли дозвониться педагоги, телефон молчал), написала мальчику пять строчек через вКонтакте. Убедительных, очень. Мальчик перезвонил на следующий же день. Заставила дать трубку маме. Поговорила спокойно, вежливо… тоже довольно убедительно. Мама его – нормальная женщина. Ей было жалко Саню. Ей было неловко. Мне от нее не надо было ничего, уж материального – точно. Разговор как разговор, люди взрослые, а молодых баранов надо воспитывать, обе знаем. И обе это делаем в одиночку.

На следующий день занималась примерно тем же. Только вечером после даже не очень и хамской, обычной реплики Толи села и расплакалась так, что остановиться не могла.
Потому что уже не было сил быть в семье главной и единственной.

Потому что у мальчика вообще-то есть папа, который ему сначала даже не позвонил, а позвонив, долго выносил мозг на тему «вот ты сдачи не дал, и тебя всю жизнь только и будут пиздить». Но при этом даже не подумал – при всей своей крутизне – съездить в этот колледж и поговорить хоть с кем-то. И как раз на этой неделе перевел – после смс-напоминания – свои жалкие 8 тыщ за два месяца, алименты на двоих детей, отсуженные у меня, ага. Хозяин двух заводов, трех фирм, собственник трех квартир и загородного дома с обслугой, счастливо женатый вторым браком на женщине по имени … ну конечно, Динара!

Потому что Сашка уже начал истерить, что, мол, «зачем ты, мама, в колледж ходила, теперь меня будут считать слабаком и ябедой» (не считают, зря боялся – как появился в колледже, стал почти «героем дня», а Динар этот ведет себя тихо и вееееежливо, аж жуть. Не удивлюсь, если еще подружатся потом, хотя вряд ли).

Потому что пришлось объяснять парню простые истины типа «научись отбиваться, продемонстрируй силу. Только тогда будут уважать – понимая, что можешь, но не хочешь. А иначе и правда сочтут слабаком». Это не мама должна объяснять. Совсем не мама. Мама - чтоб жалеть, чтоб лечить, чтоб беспокоиться и говорить «зачем пускать в ход кулаки, если есть ум?». А тут одна за всех советчиков сразу, и я знаю, что в драку ввязываться иногда – НАДО. И на хрен толерантность, когда нужна и важна грубая сила.

Потому что я все-таки испугалась, хоть и несколько позже нужного. И главные усилия приложила именно к тому, чтоб не свести лавину, когда этого делать не надо. Фактически - на ручном тормозе 2 кэмэ проехала. Эффект понятен.

Потому что я опять все разрулила каким-то образом, только чудовищно устала и не знаю, чем все это аукнется, и не умею нормально окорачивать быдло, и не могу сама ударить человека, даже мышь убить не могу. Даже бывшего мужа оборать и назвать уебком. Толерантность, блин, выдержка… Вот и получаю от жизни так же – тупой головой да по носу…

- Мам! – строго и испуганно сказал мне Коля, увидев, что я шмыгаю носом. – Мам, тебе плакать нельзя. Девочки могут плакать, и мальчики иногда. А если ты, мама, будешь плакать, я – так и знай – скажу, что ты (грозным голосом) – ма-лень-кая!

Господи, кто бы мне это и правда сказал.
Мааааленькая…
Некому говорить и незачем. Значит, большая. Как тот лось. Гигант просто. С копытами.
Да и пусть. Главное, что все обошлось. Ну, по крайней мере, на этот раз. Завтра снимут гипс – посмотрим, что там и как.
А дальше будем, наверное, умнее.

Спасибо за внимание и понимание.

Tags: дети
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 159 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →